Разгром московских анархистов 12 апреля 1918 года. Документы и воспоминания.

[Дубовик]

Как уже сказано, воспоминания Крылова очень интересно сравнить с мемуарами Малькова, – и я позволю себе не удержаться от небольших комментариев.
Люди описывали одни и те же события, но насколько разные эти описания! Отмечу лишь важнейшее, – то, что сразу бросается в глаза:
1. По рассказу Малькова, который якобы и разработал весь план «ликвидации анархо-бандитизма», с анархистами сначала пытались вступить в переговоры об их капитуляции, дав 5 минут на размышление. Крылов же ни о каких ультиматумах не знает: в ночной тишине подъехал броневик, шарахнул из пушек по зданию – и началась стрельба из ручного оружия, – как и предполагалось по доведенному до его отряда плану. Только после нескольких минут обстрела к анархистам отправился чекист-переговорщик. – Сравните эти две противоречащих друг другу версии со свидетельством анархиста Горелика, которым открывается подборка документов: «Большевики (…) без всякого предупреждения, открыли огонь из пулеметов и даже пушек по домам, где мирно спали анархисты. В некоторых домах анархисты, думая, что их окружили белогвардейцы, усиленно отстреливались».
2. Мальков описывает захваченный большевиками особняк анархистов как гнездо разврата, как «воровскую малину», явно виденную им в каких-то гангстерских фильмах (напомню: его мемуары написаны на пенсии, в 1960-х годах): весь пол там в винных лужах, подозрительных пятнах и пустых бутылках, прямо на столах громоздятся груды золота-брильянтов, а подвалы забиты продуктами и вином. Крылов, судя по его рассказу (а рассказ написан в 1920-х и первая публикация «Записок красногвардейца» состоялась в одном из советских журналов в 1927 году), не заходил внутрь Арбатского клуба анархистов (не пускали чекисты?). Но ни о каких драгоценностях и штабелях дефицитной в голодной Москве начала 1918 года еды он не пишет, хотя чекисты при нем выносили имущество федерации анархистов и грузили в автомобили.
3. А что же, по воспоминаниям Крылова, обнаружили в отбитых у анархистов особняках? – Много оружия, что вполне понятно: любая политическая сила в тот момент имела вооруженные отряды, а, значит, и оружие, которое явно хранилось не по домам-квартирам членов партий (винтовки тильмановских красногвардейцев тоже содержались где-то в помещении завкома). И много «всевозможной анархической литературы». Которую Мальков, смакуя историю про «десятки пар золотых часов» и «массивные золотые портсигары», просто-напросто «не заметил».
Ну и, раз уж взялся за комментарии, отмечу личную особенность Малькова как очевидца и свидетеля: мы явно имеем дело с «советским Мюнхгаузеном». Даже в том небольшом отрывке из его мемуаров, который здесь опубликован, он успел дважды рассказать очевидные выдумки. Выдумка первая: «Едва я, закончив все приготовления, вышел из-за укрытия и громко окликнул обитателей особняка, как из окон загремели винтовочные выстрелы, рванула частая пулеметная очередь, дробью рассыпавшаяся по булыжной мостовой». То есть, если верить его рассказу, в предрассветные часы жившие в особняке на Большой Дмитровке анархисты обычно не спали, а с перекошенными от беспричинной злобы лицами бдели перед окнами с винтовками в руках и с заряженными пулеметами, высматривая прохожих на улице, чтобы немедленно начинать стрелять по ним. Выдумка вторая: «Укрывшись за углом, я отстегнул от пояса ручную гранату и что было мочи швырнул ее вдоль решетки, целясь прямо в ворота. (…) Грохнул взрыв, брызнули во все стороны осколки чугуна, и ворота распахнулись настежь». Ручная граната. Образца начала двадцатого века. Разносит в осколки чугунные ворота. Блестяще! Подобные нелепости и фантазии есть и в других главах «Записок коменданта Кремля».

Если кто-то из читателей дополнит эту подборку свидетельств и документов новыми публикациями, - буду благодарен.
С уважением,
Анатолий Дубовик.