Новости
Махновцы
Статьи
Книги и публикации
Фотоальбом
Видео
всё прочее...
Общение
Ссылки
Поиск
Контакты
О нас


Рассылка:


Избранная
или
Стартовая

Сhapaev.ru

ПРОТИВ ВЛАСТИ И КАПИТАЛА!

Гуляйпольский городской портал | www.gulaypole.info

Воронежский Анархист



Яндекс цитирования

Размещено в DMOZ

Rambler's Top100






Реклама:


"Нестор Махно: душегуб или герой?"
Дмитрий Марков

Российские междоусобицы начала 20 века в основном представлены в "красно - белом" варианте. Тогда же появились и зеленые, но не те, которые природу охраняли, а те, которые вместе с "красными" и "белыми" сотрясали топотом конницы, оседланной вооруженными до зубов анархистами во главе с общепризнанным лидером Нестором Махно.
Отечественные историки изобразили Махно как изувера, а зарубежные - как героя. Кому же верить? Судите сами. О Махно написано много, но особенный интерес представляют его воспоминания, которые достаточно точны в описании, событий, документов, людей. Заглянем в них и попробуем нарисовать портрет российского анархиста.

Вернувшись из тюрьмы, где Нестор Махно просидел почти девять лет за революционную деятельность и освободился благодаря февральской революции 1917 года, он размышлял о нуждах трудового крестьянства: "Трудовое крестьянство и рабочие не должны даже задумываться над Учредительным собранием... Учредительное собрание - это картежная игра всех политических партий. А спросите кого-либо из посещающих игорные притоны, выходил ли кто из них не обманутым? Никто... Рабочие и крестьяне должны готовиться к переходу всех земель, фабрик и заводов в общественное достояние - как основы, на началах которой трудящиеся должны строить новую жизнь." За этакую "философию" да за личное мужество Гуляйпольский крестьянский союз утвердил своим председателем Махно, а землю и предприятия в Гуляйполе взял под свой контроль.

Махно и временное правительство невзлюбили друг друга сразу. И пока Махно собирал силы для борьбы с этой властью, сам Владимир Ильич Ленин помогал ему материально в поездках по "святым" монархистским местам, где он встречался с отцом русского анархизма Кропоткиным и его товарищами, набиралась теоретических знаний о том, как жить вместе без всякой дисциплины и организации, будучи полно автономной личностью. Не полюбил Махно и советскую власть вместе с диктатурой пролетариата и коммунистической партией за аграрную политику на Украине, где он жил и стремился поддержать добрые отношения со всем населением. Не уважал Нестор Иванович и Петлюру, и Деникина - лидеров белого движения. Одно время даже повоевал против них в составе Красной Армии, за что был награжден большевиками орденом Красного знамени, так Махно искал свой, крестьянский курс в бурях гражданской войны.

В результате неприятия какой-либо власти, махновцы вырастили в своем движении бесшабашную жизнь - с грабежами, пьянством, буйством. По описанию свидетелей, рядом с пулеметами на танках, прикрытых дорогими коврами, ставились бочки с вином и самогоном. Вечно пьяные, немытые и несчастные, покрытые паразитами, махновцы врывались в любой двор, захватывали живность, начинали дикий кутеж, а для щекотания нервов открывали пулеметную стрельбу. За это и за многое другое, расправившись в 1921 году с Врангелем, Красная Армия побила армию Махно.

О военных подвигах Махно, о его искусстве партизанского командира обмануть противника, малыми силами разгромить превосходящее, - ходили легенды в духе вестерна: под видом гетманского офицера полиции он конфисковал у помещиков лошадей и оружие; в дамском платье ходил в немецкий штаб, со свадебными плясками въезжал в немецкие покои, после чего они превращались в покойницкую. Окруженные противниками, махновцы не раз зарывали оружие, доставали сельскохозяйственный инвентарь и мирно пахали землю. С пением Интернационала, если это были большевики и "Боже царя храни" - при других обстоятельствах.

Так и не добившись взаимной любви с властью и властями, Нестор Иванович эмигрировал за границу, где до 1934 года предавался воспоминаниям по этому поводу. А в 1934 году 400 анархистов разного толка хоронили его в Париже на кладбище Пер-Ляшез, там же, где были расстреляны французские коммунары; хоронили то ли изувера, то ли героя.