Новости
Махновцы
Статьи
Книги и публикации
Фотоальбом
Видео
всё прочее...
Общение
Ссылки
Поиск
Контакты
О нас


Рассылка:


Избранная
или
Стартовая

Сhapaev.ru

ПРОТИВ ВЛАСТИ И КАПИТАЛА!

Гуляйпольский городской портал | www.gulaypole.info

Воронежский Анархист



Яндекс цитирования

Размещено в DMOZ

Rambler's Top100






Реклама: Антиплагиат онлайн бесплатно без регистрации читать дальше. ; Антиплагиат вуз онлайн по материалам http://antiplagiatvuz.ru.


"Леве Задову было суждено не родиться в Одессе, но погибнуть"
Рафаил Файтеьберг-Бланк, профессор,
Виктор Савченко, кандидат исторических наук

Не псевдоним, а фамилия

Кто не помнит рельефный образ Левки Задова из блестящей книги

А. Толстого «Хождение по мукам»? Хамоватый и нагловатый «поэт-юморист», куплетист, любитель славы и женщин, которого «Одесса носила на руках», предстает перед читателями еще и как патологический садист — «палач, человек удивительной жестокости». Алексею Толстому нужен был отрицательный типаж, и он его нашел в пропагандистских брошюрах о махновщине, подсолив полученное воспоминаниями времен своего «одесского сидения 1919 года».

Алексей Толстой, очевидно, был знаком с брошюрами П. Кубанина и С. Черномырдика, в которых Задов описывался такими словами: «....уголовный преступник с большим уголовным и тюремным стажем, выполняющий все время в махновской армии роль палача», «...махновский палач, бывший уголовник».

Кто же в реальности был Задов, и что связывало его с Одессой? Удивительно, что Одесса не была его местом рождения и местом взросления; возможно, до 1925 года он ее не посещал. Но вот что не мог предвидеть А. Толстой: Одесса стала местом казни прототипа литературного героя.

Итак, Левка Задов (его настоящая фамилия, а не псевдоним) родился 11 апреля 1893 года в еврейской колонии Веселая, что находилась недалеко от Юзовки (Донецка). Отец Левки, Николай, занимался сель-ским хозяйством, имел две десятины земли и десять детей (4 сыновей и 6 дочерей). В 1900 году семья Задовых перебралась в Юзовку, где ее глава стал заниматься извозом.

Левка с 16 лет стал работать грузчиком на мельнице и превратился в атлетически сложенного юношу. Попутно он получал образование в хедере — еврейской школе. В 18 лет переходит на завод — рабочим-коталем в доменном цеху. Работа была очень тяжелая и вредная. В 19 лет Левка попадает в круг анархистов-коммунистов — террористов, которые создали свой «Летучий боевой отряд» для экспроприаций в Донбассе. С этим отрядом Лева Задов совершает несколько вооруженных нападений: на артельщика рудника, на почтовую контору, на железнодорожную кассу станции Дебальцево. Цель этих нападений-ограблений была в захвате денег на анархист-скую агитацию. Однако большинство денег оседало в карманах молодых анархистов. В 1913 году практически вся группа анархистов-бандитов была «отловлена». Левка надолго попадает в тюрьму. Суд «назначает» ему восемь лет каторги за грабежи и политическую деятельность. Отсидел он только три с половиной года в тюрьмах Екатеринослава и Луганска.

Февральская 1917 года революция открыла Леве Задову путь на свободу. Он возвращается в родную Юзовку на работу в свой доменный цех. Вскоре как «политический каторжанин» он избирается старостой цехового комитета, а в сентябре 1917-го — членом Совета рабочих депутатов Юзовки. Задов возобновляет связи с анархистами, которые к ноябрю 1917 года создают мощную конфедерацию анархистов Донецкого бассейна.

В декабре того же года Задов возглавляет вооруженный анархистский отряд, который продолжает «экспроприацию экспроприаторов» именем революции. Кроме захватов складов и магазинов, отряд Задова борется против белоказаков — партизан, которые совершают налеты на шахтерские и рабочие поселки. Отряд Задова участвует и в Октябрьской революции на стороне большевиков.

В феврале 1918 года австро-германские войска и войска УНР развернули наступление против совет-ских войск, намереваясь выгнать большевиков с Украины. Анархисты направили свои отряды «Черной гвардии» против наступавших. В числе «черногвардейских» отрядов был и отряд анархиста Черняка, в котором оказался и Лева Задов. Однако части, оборонявшие Советскую Украину, бежали после первых столкновений с регулярной европейской армией, которая в 20 раз превышала силы оборонявшихся. Отступление отряда Черняка закончилось только под Царицыным (Волгоградом), где этот отряд был разоружен большевистскими частями за грабежи и дебоширства, в частности, за анархистский мятеж в уездном городке Лебедянь.

Десять дней анархисты просидели под арестом, но потом отряд Черняка снова вооружили и направили воевать против казаков атамана Краснова под станицу Потемкинская. Задов назначается командиром боевого участка от станицы Потемкинская до станицы Жутово и фактически оказывается в составе Красной Армии. Но красноармейская жизнь не понравилась анархистам, проповедывавшим безвластие и неподчинение. Через три месяца боев группа Черняка покидает фронт. Задов впоследствии объяснял уход из Красной Армии следствием возмущения неравенством между солдатами и командирами; последние получали жалование в 15 раз больше, чем солдаты. Но истинные мотивы были иными. Анархисты, которых совет-ская власть, оттолкнув, оставила в полулегальном состоянии, решили дать бой новой власти путем «Третьей анархической революции», которая, по их мнению, должна начаться в Украине. Туда, в Украину, где начиналась «третья революция» восстанием против гетмана Скоропадского, и выехал отряд Черняка в 10 человек, в числе которых был и Лева Задов. Сначала анархисты пытались поднять восстание шахтеров и рабочих в районе Юзовки. Но с декабря 1918 года сделали ставку на Махно, ставшего крестьянским «царем и богом, с Гуляй-Поля до Полог».

Под черным знаменем Махно

С конца 1918 года Лева Задов и его брат Данька служат Махно. Лева занимает пост помощника командира полка и одновременно становится вербовщиком — ведет агитацию среди крестьянства, призывая записываться в махновцы. Задов участвует в издании листовок и махновской газеты «Путь к свободе», очевидно, являясь членом группы махновских идеологов «культполитпросвета».

Весной 1919 года Задов возвращается к своему любимому «занятию» — изъятию ценностей у частных лиц. В составе «Инициативной группы по взысканию контрибуции с буржуазии», которую возглавил Черняк, Лева Задов захватывает деньги и ценности у жителей Мариуполя и Бердянска — городов, которые были заняты махновцами. Тогда же у Черняка возникла мысль создать махновскую контрразведку, но сам Махно в апреле 1919 года эту идею не одобрил. Махно тогда состоял в военном союзе с Красной Армией и был занят борьбой против наступающих белогвардейцев и созданием отдельно взятого анархического мини-государства со столицей в селе Гуляй-Поле. Положение махновцев резко изменилось в начале июня 1919-го. Тогда Махно и «махновщина» были объявлены вне закона, а несколько махновских командиров расстреляны по приказу Троцкого. В ответ на эти действия часть анархистов-махновцев из «инициативной группы», куда входил Задов, решила объявить беспощадный террор против советских руководителей. Группа из 12 человек, объявивших себя анархистами-партизанами подполья, выехала в Москву, чтобы убить Ленина и Троцкого. Лева Задов отказался принять участие в столь рискованном предприятии. И не напрасно... Террористы хотя и взорвали Московский комитет коммунистической партии во время заседания, но ни Ленина, ни Троцкого там не оказалось. Грандиозный план взрыва Кремля сорвался из-за того, что все анархисты были изловлены и расстреляны или погибли в перестрелках с чекистами.

В июле 1919 года братья Задовы находят Махно с отрядом в 5 тысяч бойцов у города Николаев. Махно объявляет войну «красным» и «белым» и создает за несколько недель колоссальную «Повстанческую армию Украины» в 50 тысяч человек. С этой армией махновцы громят белогвардейские части и с боями проходят от Умани до Мариуполя. В это время — осенью 1919-го — Лева Задов становится членом штаба и начальником контрразведки Первой донецкой бригады-дивизии-корпуса махновского командира Калашникова. Одновременно Задов оказывается заместителем командующего всей армейской махновской контрразведки, которую возглавил Лева Голик. Из-за сходства имен Задова часто путали с Голиком, говоря о Задове как о начальнике всей махновской контрразведки.

Но и у корпусной контрразведки (20—25 человек) «работы» хватало. Задов разоблачил готовившийся заговор командира Полонского, целью которого было убийство Махно и перетягивание его армии на сторону большевиков. Она занималась реквизицией имущества и драгоценностей у буржуазии, наложением контрибуций на жителей Александровска (Запорожья), Екатеринослава (Днепропетровска), Никополя. Особый счет был у махновской контрразведки к белым офицерам. Их вылавливали и после пыток расстреливали как врагов революции. И Лева Задов отдавал десятки приказов о расстреле офицеров. Зловещая репутация махновской контрразведки пугала даже членов махновского Революционного Совета, стремившегося поставить ее под свой контроль.

В мае 1920-го Л. Задов становится членом «Комиссии по антимахновской деятельности» — судебно-карательного органа махновской армии, занимающегося и контрразведкой. Эта комиссия действовала с мая по сентябрь 1920 года, утвердив сотни казней коммунистов. С октября 1920 года, когда все силы махновцев были направлены против Врангеля, Лева Задов был назначен комендантом Крымского корпуса махновской армии, которым командовал Петренко.

В последний этап махновского сопротивления (декабрь 1920—август 1921 гг.) Лева Задов был личным адъютантом батьки Махно, совмещая функции единственного специалиста по контрразведке. Брат Левки Данька становится одним из руководителей махновской разведки. Тогда братья Задовы меняют фамилию: Лева становится Зиньковским, а Даниил — Зотовым. В марте 1921 года Лева Задов два раза спасает тяжело раненого «батьку», вытаскивая его на руках из-под огня. Рейды махновской армии по Украине и России истощили махновское движение. Против 8 тысяч махновцев действовало до 200 тысяч советских войск, что затруднило возможность всякого сопротивления. Голод, поразивший юг Украины, делал невозможным продовольственное снабжение махновцев. Большинство махновских командиров и сам «батько» были тяжело ранены. Эти причины и обусловили переход 77 махновцами во главе с «батькой» границы между УССР и Румынией в конце августа 1921 года.

Данилов и Задов создают в Бухаресте Закордонный центр махновской армии. Они встречаются с представителями петлюровской армии, румынских властей, налаживают связь с югом Украины, а также с Берлином, где находилось несколько махновцев. «Наполеоновские» планы Махно подорвали эту работу. Махно в 1922 году решил пробраться на Галичину, что находилась под польской оккупацией, и поднять там восстание против польских властей. Махно мечтает собрать армию из галичан и двинуть ее на юг Украины для изгнания большевиков. Этим прожектам не суждено было реализоваться. В Польше Махно и еще с десяток махновцев были арестованы, и Махно на несколько лет оказался отрезанным от мира тюремными решетками.

Братья Задовы, оставшись в Румынии, работали в городах Гимише и Плоешти на лесопильне и стройке. Лев Задов ездил по Румынии, собирая разрозненных махновских ветеранов, которых в Румынии оказалось около двухсот.

Конец двойного агента

9 июня 1924 года группа махновцев во главе с братьями Задовыми тайно переходит советско-румынскую границу и, углубясь на 30 километров в советскую территорию, без видимых причин сдается представителям советской власти. На следствии по этому делу братья Задовы утверждали, что их сдача является продуктом долгих раздумий и разочарования в махновском движении. Они показали, что вошли в диверсионно-разведывательную махновскую группу, чтобы иметь возможность проникнуть на территорию УССР и привести к покаянию группу махновцев.

Харьковские и одесские чекисты долго проверяли братьев Задовых. Они с легкостью разыгрывали раскаяние и давали в целом правдоподобные показания. А главное, они отлично знали румынскую действительность и среду эмиграции. Это и определило их дальнейшую судьбу. Братьев завербовали в работники ЧК-ОГПУ. Лева Зиньковский-Задов с декабря 1924 года стал сотрудником ОГПУ по Одесской области по борьбе с контрабандой, позднее стал сотрудником Иностранного отдела ОГПУ по Одесской области, уполномоченным ИНО ОГПУ.

На этом поприще он занимался формированием в Румынии сети разведки, используя бывших махновцев. За свою работу он четыре раза награждался почетным оружием, благодарностями, денежными премиями. Данька Задов служил в ИНО ОГПУ Молдавской АССР в Тирасполе и также занимался румынской агентурой и «окнами» через границу. Братья Задовы успешно легализовались в ОГПУ, но не были ли они двойными или тройными агентами, как позднее показывали на следствии в 1937—1938 годах? Возможно, они были не только советскими, но и румынскими или махновскими разведчиками. Одесса интересовала румынскую и махновскую разведки как крупный промышленный центр, стратегический порт, город с оппозиционными власти настроениями, которые граничили с «бытовым анархизмом».

Оживилась деятельность Закордонного махновского центра только в 1925 году, когда Махно, выйдя из тюрьмы, оказался в Париже, а интернированные махновцы обрели свободу передвижения по Румынии. С 1925-го Махно готовит поход в Украину. Туда направляются агенты для налаживания подпольной связи и анализа настроений бывших махновцев. Махно вел большую организационную работу по подготовке кадров для «новой революции» и переброски их из Европы в УССР. События 1929—1930 годов — коллективизация и уничтожение кулака, поход против украинской интеллигенции, восстание крестьян в отдельных селах — посеяли надежды у махновцев на скорое начало «анархической махновской революции». В 1930 году посланец из Румынии Кущ сообщил гуляйпольцам о том, что Махно готов возглавить восстание в Украине. Собирались махновские подпольные группы и в Бердянске, Запорожье, в селах вокруг Кировограда.

О деятельности Закордонного махновского центра имеется информация в показаниях арестованных чекистами махновцев Бойченко, Каретникова, Куща, Чупрыны. Закордонный центр под руководством Данилова и Л. Задова собирал средства на освобождение Махно из польской тюрьмы и на адвокатов арестованным махновцам, вербовал и забрасывал агентов в УССР для поддержания связи с махновским подпольем. О нескольких рейдах в Украину нам известно больше. Рейд двух махновцев в 1928 году был отлично обставлен с «окнами» на советско-румынской границе, с изготовлением фальшивых документов. Задержанные махновцы указали на то, что деньгами, документами и проходами через «окна» их снабдил ответственный работник ОГПУ-ЧК по Одесской области Лева Зиньковский-Задов. Махновцы из Румынии пробрались в Одессу, а оттуда в Гуляй-Поле, где связались со старыми махновскими командирами В. Шаровским, Н. Зуйченко. Шаровский возглавлял гуляйпольское подполье в 30—35 человек.

Во второй половине 30-х годов выяснилось, что братья Задовы проникли в органы ОГПУ-ЧК со специальным заданием — помочь махновцам легализоваться в УССР, поддерживать подполье и организовать махновский центр в Одессе для связи между Францией, Румынией и Гуляйпольским районом. В задачи одесского центра входила и вербовка кадров, и подготовка к махнов-скому восстанию. В Одесском районе планировалось создать несколько подпольных махновских отрядов, исходя из того, что в области проживало около тысячи бывших махновцев. К Леве Задову поступали директивы от самого Махно, а после смерти Махно — от Данилова.

В конце 1935 года в Румынии была провалена вся агентурная разведывательная сеть. Выяснилось, что информация просочилась из Одесского ИНО ОГПУ. В ходе следствия выяснилось, что Одесское ИНО погрязло в служебных преступлениях. В закон были возведены взятки начальству, вымогательство, растрата казенных денег. Чекисты активно занимались контрабандой из Румынии, продавая через перекупщиков контрабандные вещи на одесских рынках. «В контрабанду была вовлечена вся закордонная агентура», — говорилось в материалах следствия.

Братья Задовы были арестованы на основании ряда показаний и признались в своей деятельности в пользу как махновского Закордонного центра, так и румынской разведки. В 1938 году они были расстреляны. В Одессе была раскрыта крупная подпольная махновская организация — около 90 человек, в которой десять человек легализовались настолько, что стали членами коммунистической партии, директорами заводов, предприятий, ответственными советскими работниками (один из заговорщиков был начальником станции «Раздельная»).

В годы «перестройки» ряд авторов пытались доказать невиновность Задовых только на том основании, что в 1937—1938 годах, во время сталинского террора, расстреливали честных людей, но дыма без огня не бывает... Братья Задовы действительно оказались «честными» и не предали анархические идеалы своей юности...